Сеть винных магазинов. Основана в 2006 Гарантия качества и безопасности

Вино и искусство

22 Ноября 2012

Вино и художественное искусство

Взаимоотношения человека с вином похоже на его взаимоотношения с искусством. Восприятие — вот главное мерило ценностей и того, и другого. Мы любуемся картиной, которую нарисовал художник, и у нас возникают определённые эмоции, которые влияют на настроение. Вино, как и произведение искусства, воспринимается индивидуально. Каждый человек испытывает свои неповторимые ощущения, которые нельзя применить к другому человеку, чувствующему иначе. Цвет, запах, вкус одного и того же вина каждый воспринимает по-своему, точно так, как каждый видит в картине что-то своё, соотнося её со своим жизненным опытом и характером.

Вино, как и искусство, многофункционально: это и собеседник, и носитель информации, и атрибут статуса, и самое главное — источник удовольствия.

На картинах художников разных эпох часто изображается гроздь винограда и вино в стакане, рюмке, бочке или бутылке. Вино появляется на портретах и в натюрмортах, на абстрактных полотнах и в жанровых сценах. Самые красивые пейзажи связаны с виноградниками. Самые прекрасные любовные истории редко обходятся без сопровождения этого напитка. Благородство вина передаётся персонажу, который позирует с бокалом, у него появляется стать и осанка. На некоторых картинах вино присутствует незримо, о нём можно судить по поведению людей, его вкусивших.

Божественное начало

Культ Диониса пришёл с Крита, позднее захватив Грецию. Древние греки быстро раскусили прелести винопития и освоили виноделие серьёзно и основательно.

Пристрастие к вину жителей Эллады часто перерастало норму, но никому не приходило в голову бороться с повсеместным употреблением вина. Изображения античных художников показывают снисходительное отношение к пьянству. Божества виноделия представляются без порицания или осуждения.

Любимый живописцами Возрождения бог виноделия Дионис, Бахус или Вакх, как его по-разному называли, всем (от младенчества до старости) предлагал наслаждение через бокал вина.

Одним из самых загадочных живописцев, повествующих своими произведениями о земных искушениях, был Босх, нидерландский мастер Северного Возрождения. Его полотно «Искушение Святого Антония» наполнено символами и зашифрованными знаками, а главной идеей картины становится тема противостояния вину. Обольщение вином у Босха плавно перетекает в Божественное проклятье.

Удовольствие, которое дарует бог виноделия, в варианте картин Рубенса представляется чистым ублажением плоти. Поэт Брюсов в своём стихотворении метко описал картину «Бахус» Рубенса: «Бахус жирный, Бахус пьяный сел на бочку отдохнуть…»

На картине Караваджо, ещё одного мастера эпохи барокко, винный божок предстаёт в непривычном виде: нарочито неопрятный, с грязными ногтями. Отталкивающие детали «Вакха с чашей в руках» олицетворяют скорее грешного человека, чем божество.

Средневековье ознаменовалось появлением глинтвейна. Он занимал привилегированное положение, считаясь тонизирующим напитком, и подавался горячим. Красное вино сравнивали с кровью, а розовое вино считалось магическим вином ведьм. Кагор на долгие времена стал не только культовым вином, которому был открыт вход в святилище, он сам стал неотделимой составляющей многих церковных обрядов.

Связь вина и религии мы можем наблюдать даже на иконах Андрея Рублёва, русского иконописца 15 века. Одной из самых прославленных православных русских икон является «Троица», где центральное место экспозиции занимает чаша, которую благословляют руки ангелов. Взгляды ангелов устремлены в вечность, жесты их планы и сдержанны. Они не вкушают, а беседуют о возвышенном. Духовная ориентация иконы, где действие разворачивается вокруг чаши с вином, бесспорна. Вино здесь выступает в роли объединяющего начала и источника истины.

Эстетика лозы

Отдельного эстетического удовольствия заслужили на картинах великих живописцев изображения тех, кто собирает виноград. Самой растиражированной картиной на эту тему является полотно Карла Павловича Брюллова «Итальянский полдень». Представитель академической школы, русский художник этим произведением искусства воспевает оптимизм и гармонию с природой. У Брюллова есть менее известная, но не менее талантливая картина — «Девушка, собирающая виноград в окрестностях Неаполя». Любоваться на щедрые дары лозы, напоённые солнцем, и на красоту жизнелюбивых итальянок можно бесконечно.

Если обратиться к эпохе романтизма, то прекрасным объектом восхищения может служить полотно «Сбор винограда» Франсиско Гойи. В изящных позах запечатлены люди, которые не могут наглядеться на виноградные кисти. Благополучно выглядят сборщики винограда на фоне пейзажа с виноградником, раскинувшимся под горой. Какой-то тёмный сорт лозы явно предназначен для изготовления вина, и люди радуются, предвкушая удовольствие.

У Альфонса Мухи, самого яркого представителя художественного направления модерн, можно найти прекрасный женский образ с гроздью спелых ягод. Дизайнер, художник и плакатист создал новый неповторимый стиль, свободно и органично вписывая грациозную женскую фигуру в символично изогнутый растительно-цветочный орнамент.

Сборщица винограда на полотне русского художника Василия Васильевича Верещагина прилегла, не выпуская из рук корзины с виноградом. Нарядная одежда и бусы наводят на мысль о красоте человека, соприкоснувшегося с не менее прекрасными дарами природы. Спелый виноград тёмных и светлых сортов в корзине выглядит сочно и заманчиво. Эта картина оставляет ощущение земной благодати и праздника жизни.

Орест Адамович Кипренский — русский портретист, создавший образ Пушкина, про который сам поэт признался: «Себя как в зеркале я вижу, но это зеркало мне льстит». «Неаполитанская девочка с плодами» на картине Кипренского тщательностью прорисовки и фоновым пейзажем, и даже взглядом неуловимо напоминает Джоконду. От этой картины трудно отвести взор, а взглянув на неё единожды, её невозможно забыть.

Праздники жизни

Вино на полотнах великих живописцев сопровождает самые важные события, балы, праздничные вечеринки. Из удовольствия вино превращается в светский ритуал. Это неизменный атрибут веселья, радости, общения.

На самой известной картине Рембрандта «Автопортрет с Саскией на коленях» нидерландский мастер запечатлел себя с бокалом вина. На праздничном столе красуется пирог с павлином, герои картины повернулись к зрителям, чтобы выпить за их здоровье. Представитель золотого века голландской живописи смог достоверно и талантливо показать такой эмоциональный накал изображения, который не удавалось до этого живописать никому, и бокал вина в создании единого образа не был последним штрихом, а наоборот, занял центральное место.

Другой нидерландский художник этого же времени Ян Вермеер (по его картине  «Девушка с жемчужной серёжкой» даже снят художественный фильм) создал жанровый портрет, который так и называется «Бокал вина». Здесь вино выступает средством обольщения. На изображении женщина пьёт, а мужчина с кувшином ей подливает. Эта картина романтической встречи потенциальных любовников является мини-пособием по привлечению противоположного пола.

Не только поводом для знакомства служило вино, но и доводом в деле соблазнения. Вольтер писал о мужчине, имеющем виды на любовные утехи: «приглашает их зайти в гостиницу … выпить вина Монтепульчано».

Ряд голландских живописцев, изображающих жанровые сцены с вином, может продолжить мастер пейзажа эпохи Возрождения Питер Брейгель, которого называли «мужицким» художником. Его картина «Крестьянский танец» не содержит иносказательных образов, а общий характер отличается жёсткой рациональностью. Весь пафос праздника замкнут на себе, фигуры крестьян изображены в крупном масштабе, чтобы создать ощущение силы и грузности. На первый план выступает стихия природы, воплощённая в простых людях, которым не чужды земные удовольствия. Похмельная радость объединяет и танцующих, и мирно беседующих за кружечкой, и целующихся на заднем плане. Картина пронизана мощью и социальным воодушевлением.

В эпоху галантного века таверны сменились ресторанами, это был век балов, вина и чувственной любви. Суть не изменилась, вино, любовь и праздник остались неотделимы друг от друга.

Символом обольщения всех времён и народов был и остаётся Казанова. Его похождения сопровождаются шампанским, винами Тосканы и лёгкими мускатами. Он писал: «От Токая…начинают блестеть и гореть — нет, совсем не глаза, а дамские украшения, а это, увы, порой самая прекрасная и откровенная часть иных из них». Именно Казанова помогал Да Понте писать для Моцарта либретто оперы «Дон Жуан», и его вклад мы можем слушать сегодня в «Арии с шампанским».

Рестораны, салоны и кафе привечают желающих хорошо провести время и становятся раем для богемы: писателей, поэтов, художников.

Мастер жанровой живописи 19 века русский живописец Иван Николаевич Крамской (ставший знаменитым после написания очаровательной «Неизвестной») пишет картину «В ресторане». Позднее ему вторит И. Е. Репин, создав «Парижское кафе». Академик Императорской Академии художеств, автор легендарных полотен с историческими сценами «Бурлаки на Волге» и «Иван Грозный убивает своего сына», Илья Ефимович считал эту картину экспериментом. На ней он изобразил реальных персонажей, которых хорошо знал. «Парижское кафе» очень точно передаёт атмосферу городской жизни, и за кажущейся ничтожностью сюжета, стоят утончённость, театральность и искусственность светской жизни, пронизанной притворством и лицемерием при внешней роскоши и благообразном приличии.

Самым красивым произведением живописи девятнадцатого века была признана картина Пьера Огюста Ренуара «Бал в Мулен де ла Галетт». Сюжет — вечеринка в одном из типичных клубов Монмартра. Мастер сентиментального светского портрета, один из представителей импрессионизма, Ренуар виртуозно передал восторженное состояние через игру света и красок на большом групповом портрете отдыхающих парижан.

На картине мастера салонной живописи викторианской эпохи Джеймса Тиссо праздник с вином выходит за пределы ресторана. Пикник — этим модным в те времена словом назвал свою картину этот французский художник, работающий в Англии. Слово произошло от глагола piquer, что означает «клевать, мало есть», а термином nique называют нечто малозначительное. Четверо отдыхающих на природе чокаются рюмками с красным вином, улыбаются, ведут себя расслабленно и раскованно. В то же время белая скатерть, салфетки и полный набор приборов говорят о манерности и благородстве. Ритуал соблюдён полностью на фоне красивого пейзажа.

Зелёная фея абсента

Конец 19 – начало 20 века оставили нам на полотнах великих импрессионистов образ абсента. «Зелёной феей» восхищались и писатели: Мопассан, Бодлер, Эдгар По, Ремарк, Уайльд, О. Генри… Представители парижской богемы искали вдохновения в абсентном забытьи, уходя в нереальный мир фантастических образов. Абсент не только помогал волшебным образом преобразить действительность, но и становился объектом художественных произведений.

Изначально слово «абсент» переводится как «непригодный для питья». Сегодняшний абсент уже потерял ту убийственную силу, которой обладал столетие назад, и мы о ней лишь можем догадываться, вглядываясь в картины великих мастеров.

Картина Эдгара Дега так и называется — «Абсент». Известный импрессионист заглянул во французское кафе и застал там типичную для того времени сценку: девушка перед бокалом абсента погружена в свои думы. Её спутник, про которого не скажешь, что он трезвенник, вглядывается в глубину кафе, а в облике самой девушки читается скептицизм и разочарование. Недорогая обстановка, столы без скатерти свидетельствуют о том, что абсент не был напитком высшего общества, а был доступен для людей с небольшим достатком.

Яркий представитель постимпрессионизма Ван Гог в своём «Натюрморте с абсентом» подчёркивает загадочность этого напитка, изобразив за окном уходящего человека. Сюжет предполагает множество сценариев, зрители не знают завязки истории и могут придумать свой собственный вариант. Сам Ван Гог злоупотреблял абсентом и хорошо знал, куда под его воздействием может завести обострившееся подсознание.

Пабло Пикассо, основоположник кубизма, много раз обращается к теме абсента. Так называемый «голубой период» творчества дал миру хорошо известный портрет «Любительница абсента» и менее известную картину «Абсент». Дама за столиком кафе делит одиночество с бутылкой… Молодой человек с бокалом, задумчиво блуждающий в лабиринте своих мыслей… На обоих портретах в одинаковых позах грустных людей чувствуется, как безнадёжно догорает их жизнь.

Необычным цветом, анисовым букетом из драгоценных специй и экзотическим действием этот изысканный напиток был и остаётся под покровом тайны.

История продолжается

Светская жизнь была сосредоточена в салонах, а простому народу оставалось ходить в кабачки, недорогие питейные заведения. В начале 19 века они назывались guinguette и имели невысокую репутацию. Там подавалось грубое недобродившее вино, которое заказывали не рюмками, а большими кружками. К этому вину подходила беззаботная весёлая спутница из низшего сословия обслуживающего персонала в простом платье и без шляпки. К этому вину почти не заказывали еды, его пили, не закусывая. Под это вино танцевали кадриль и канкан.

На смену guinguettе пришёл более благородный и изысканный стиль lorettе: здесь отдавалось предпочтение бургундскому крю и миллезимному шампанскому, а «лоретки» одевались уже со вкусом и тщательно выбирали себе спутников. Бодлер в своём эссе «Вино и гашиш» цитирует Гофмана: «…музыкант, чтобы сочинить оперетку, должен пить шампанское, в нем найдет он игривую и легкую веселость, нужную для этого жанра. Религиозная музыка требует рейнвейна... При создании героической музыки нельзя обойтись без бургундского; в нем настоящий пыл и патриотическое увлечение». Художники, как и музыканты, и другие люди искусства, продолжали черпать вдохновение в вине, рисуя винный портрет живыми и колоритными красками.

В следующей статье, посвящённой художественному искусству и вину, мы остановимся подробнее на произведениях импрессионистов, а далее уделим внимание лучшим натюрмортам с винами, написанным знаменитыми художниками 19 и 20 века.