Сеть винных магазинов. Основана в 2006 Гарантия качества и безопасности

Детектив в БОРДОвых тонах

10 Июня 2013

Главные герои

Персонаж №1.

Это основной герой нашего детектива, с которого вся история и началась. При этом он сам в событиях участия не принимает, являясь лишь своеобразным катализатором бурных страстей, произошедших из его безобидного хобби.

Томас Джефферсон известен не только как 3-ий президент США, активный деятель Войны за независимость США и автор Декларации независимости, но и как большой почитатель хороших вин. Во время своего правления в Белом доме с 1801 года по 1809 год он тратил 12% своего внушительного жалования на вино.

Будучи послом США во Франции, он регулярно пополнял свою частную коллекцию редкими экземплярами бордоских вин и даже организовал их перевозку на американский континент, маркируя каждую бутылку собственными инициалами. Регулярные партии бордо с гравировкой «Th:J» (Thomas Jefferson) благополучно пересекали океан, попадая в руки президента.

Персонаж №2.

Майкл Бродбент — обладатель международного винного титула Магистр Вина (Master of Wine) и английский кавалер французского Ордена за Заслуги перед Отечеством (l'Ordre National du Merite), многократный обладатель премий «Персона Года» и почётный член Международной Академии Вина (L'Academie Internationale du Vin).

Будучи архитектором по образованию, Майкл Бродбент достиг вершин совершенно на другом поприще, став одним из самых уважаемых специалистов в области вина. Начав заниматься винной торговлей в возрасте 25 лет, Майкл почувствовал вкус к новой профессии, и точно также как в своё время Роберт Паркер, про которого мы уже писали в статье «Любовь с первого глотка»,  он начал записывать впечатления от продегустированных вин в собственный справочник. За полсотни лет неутомимый англичанин записал около ста тысяч дегустационных заметок.

В 1966 году Майкл Бродбент открыл Винный Отдел на аукционе Кристи’с (Christie’s). Он прослужил руководителем Винного Департамента этого аукционного дома без малого 30 лет, оставаясь и по сей день в звании самого опытного и титулованного старшего консультанта. Лишь однажды за всю блестящую карьеру его репутация пошатнулась из-за скандальной истории, связанной с коллекцией вин предыдущего персонажа.

Персонаж №3.

Если в благородстве и статусности первых двух персонажей сомнений не возникает, то третий герой нашего детектива — фигура противоречивая. И даже за его звучным псевдонимом Харди Роденшток скрывается другое имя — Мейнхард Гёрке. 

Родившийся в Польше, но живший в Германии, получивший техническую специальность, но преуспевший в музыкальной индустрии, он занимался тем, что выискивал на аукционах великие вина по невысокой цене.

Харди Роденшток скупал вина лучших урожаев и устраивал пышные дегустации, возведя простую техническую церемонию в ранг грандиозного шоу, но в момент скандала по поводу подозрения в фальсификации вина великий импресарио был безжалостно низвергнут общественным мнением, за один миг превратившись из суперзвезды в одиозную личность. 

Но на чьей стороне правда, и имеются ли причины подозревать Роденштока в нечестности? Этот вопрос остаётся открытым. Попробуем разобраться в этой истории, ставшей уже легендой.

Глава 1. Находка или мистификация

Апрель 1985 года запомнился коллекционерам вина сногсшибательной новостью: известный винный специалист Харди Роденшток объявил о драгоценной находке, рассказав, что стал обладателем коллекции вин Томаса Джефферсона. По его словам, тайник был обнаружен при сносе старого парижского здания в замурованном отсеке подвала.

Предполагалось, что это был не выехавший в Америку заказ президента страны, составленный из лучших французских вин региона Бордо урожаев 1748-1787 годов. По одной версии, эти вина были спрятаны во время Французской революции, а по другой — в период немецкой оккупации Парижа.  

Даже момент возникновения этой коллекции — это тайна на тайне. Не было раскрыто ни место находки, ни точное количество бутылок, промаркированных узнаваемым знаком «Th:J». Реальность этого найденного винного клада ставилась под сомнение, а неопределённость настораживала, но, с другой стороны, Харди Роденшток не был заинтересован в том, чтобы нашёлся настоящий владелец коллекции, а кроме того, лишние вопросы подогревали градус общественного интереса, что было Харди только на руку.

Глава 2. Явление вина народу

Легендарные бутылки с гравировкой инициалов третьего президента США стали появляться перед широкой публикой уже через месяц после их освобождения из многолетнего плена. 

Харди Роденшток с небольшой делегацией посетил Шато д’Икем, где была открыта и продегустирована одноимённая бутылка Шато д’Икем 1787 года. Вино было оценено как «гармоничное и исключительное».

В октябре этого же года в ресторане немецкого города Висбадена Харди Роденшток организовал дегустацию ещё одной бутылки Шато д’Икем 1784 года. На этом мероприятии присутствовал винный эксперт аукционного дома Кристи’с Майкл Бродбент, который живо заинтересовался этим напитком, получившим многочисленные восторженные отзывы. В тот же вечер Роденшток и Бродбент договорились выставить бутылку вина из найденной коллекции на аукционе Christie’s.

Декабрь 1985 года. На престижном аукционе Кристи’с была выставлена на торги бутылка бордо знаменитого Шато Лафит 1787 года. Торги вёл не менее известный Майкл Бродбент.

За этот лот боролись Кристофер Форбс (сын самого основателя и издателя журнала «Forbes») и Марвин Шанкен (владелец популярнейшего в винном мире журнала «Wine Spectator»). После ожесточённой борьбы Форбс забрал эту бутылку за 105 тысяч фунтов. В долларовом эквиваленте эта цифра соответствовала 156 450 долларам, что стало громким аукционным рекордом.

Дальнейшая судьба этого вина сложилась не самым удачным образом. Бутылка Шато Лафит стала экспонатом в мемориальной секции президента Джефферсона в музее Forbes, где неподходящие условия хранения привели к тому, что пробка ссохлась и провалилась внутрь, и драгоценное вино пришлось навечно залить сургучом.

Глава 3. Восторги и сомнения

После аукциона, где вино Джефферсона, найденное Роденштоком, было продано Бродбентом по баснословной цене, возобновились сомнения в подлинности коллекции. Чтобы развеять слухи, Роденшток организовал ещё одно дегустационное шоу.

В июне 1986 года в одном из самых почитаемых поместий провинции Бордо Шато Мутон Ротшильд состоялась дегустация ещё одной бутылки из знаменитой коллекции. Выпущенный на этой винодельне почти 200 лет назад, Шато Мутон Ротшильд 1787 года представлял собой уникальнейшее вино. На дегустации присутствовали друзья Роденштока, винные критики всех мастей и, конечно, Майкл Бродбент, ставший после первого аукциона «заложником» этих ценных экспонатов.

Сам хозяин, барон Филипп де Ротшильд, не пожелал встречаться с представителем немецкой нации в лице Роденштока, помня о первой жене, погибшей в фашистском концлагере. Тем не менее, первый бокал вина с почтением отнесли хозяину, который смог оценить изысканный вкус. Дегустация прошла отлично, что стало предпосылкой для второго аукциона с винами легендарной коллекции.

Второй аукцион Роденшток и Бродбент снова организовали в декабре, через год после первой аукционной удачи. Обладателем очередной коллекционной бутылки Шато д’Икем 1784 года стал доверенный представитель Доди Аль-Файеда, возлюбленного принцессы Дианы.

Третий аукцион, где фигурировало бордо из парижского клада Роденштока, состоялся в апреле 1987 года. Торги были приурочены к закрытию всемирной выставки Vinexpo. Вёл их уже знакомый нам Майкл Бродбент. Бутылку Шато Марго (Chateau Margaux) 1784 года за рекордную стоимость приобрёл тот самый Марвин Шанкен, который проиграл в первом аукционе Кристоферу Форбсу. Эту бутылку и сегодня можно увидеть в приёмной редакции журнала «Wine Spectator».

Глава 4. Амбиции и превратности судьбы

Коллекцией, которой обладал Роденшток, интересовались и частные лица, и виноторговые компании. Если проследить за отдельными экземплярами коллекции Джефферсона, можно написать целый приключенческий роман.

Одной из бутылок с непростой судьбой можно назвать Шато Марго 1787 года. Она была куплена у Роденштока английской компанией в Мюнхене и перепродана Тиму Литтлеру, который, в свою очередь, поместил её в свой каталог, сильно накрутив цену. Купленную за 55 тысяч долларов бутылку он предлагал за 185 тысяч. У этой несчастной бутылки дважды протекала пробка, и её возили в Бордо для замены износившейся пробки на новую.

Билл Соколин, один из знакомых Литтлера, заявил, что нашёл покупателя для этой дорогой бутылки, и вину пришлось отправиться в далёкий перелёт: сначала на персонально купленном для неё месте в самолёте «British Airways» до Лондона, а затем на сверхзвуковом «Конкорде» к потенциальному клиенту в США.

По трагичному стечению обстоятельств почти сразу после того, как бутылка Шато Марго 1787 года пересекла океан, её потенциальный покупатель скончался. Бутылка оставалась у Соколина, но он не спешил её возвращать, обещая продать её новому покупателю, временно украсив ею витрину своего винного магазина.

В апреле 1989 года в ресторане Манхэттена проходила шикарная вечеринка, где предполагалась дегустация 17 вин Шато Марго. Билл Соколин не мог пропустить такое мероприятие, желая всех поразить не принадлежащей ему ценностью.

Но на этом мероприятии случился конфуз. Из-за небрежности самого Соколина, а может быть, из-за неловкости официанта, раритетная бутылка была разбита. Страховая фирма выписала чек на сумму почти двести тысяч долларов на имя компании Соколина. Том Литтлер получил свои деньги и сразу же похвастался перед Майклом Бродбентом, что побил его аукционный рекорд.

А Билл Соколин сохранил разбитую бутылку, на которую тоже находились покупатели, но всё как-то чрезвычайно неудачно, и Билл просто подарил её одному благотворительному фонду, избавившись от неё теперь уже навсегда.

Глава 5. Дегустация длиной в неделю

Самая грандиозная дегустация на основе вин коллекции Джефферсона состоялась в сентябре 1998 года в Мюнхене. Харди Роденшток готовился к ней целых два года.

Главными героями выступали два сотерна Шато д’Икем 1784 и 1787 годов. Специально для этого вина были созданы фирменные бокалы. Кроме того, были выставлены 125 винтажей сотернов с 1784 по 1991 годы. Целью  дегустации было доказать, что вина Старого Света дофиллоксерового периода гораздо лучше тех, что появились после перехода на американскую корневую систему. 

Приглашения рассылались за 8 месяцев до начала торжества, чтобы гости смогли на это время освободиться от своих дел. Грандиозное шоу шло целую неделю. К дегустации предлагалось 175 вин. Столько урожаев своего вина не пробовал даже сам владелец хозяйства. Присутствовали самые авторитетные фигуры в мире виноделия, и среди них, конечно, был ведущий прошлых аукционов Майкл Бродбент. Невиданному доселе винному событию рукоплескали и участники, и критики, и пресса.

Говоря о дорогостоящих дегустационных шоу Роденштока, необходимо уточнить, что для гостей эти мероприятия всегда проходили бесплатно. Могли ли появиться плохие отзывы в этой ситуации, когда собравшиеся чувствовали благодарность за то, что щедрый хозяин  позволил им прикоснуться к великой истории? Как известно, на долг благодарности набегают проценты определённых обязательств.

Глава 6. Кок против Роденштока

С самого начала этой истории тень скандала постоянно маячила над Харди Роденштоком. Подозрения в фальсификации строились на том, что так и не было раскрыто ни место клада, ни количество бутылок. Было замечено, что на дегустациях частенько не показывали пробок, вынутых из бутылок. Подозрительными казались нестандартные бутылки таких винодельческих хозяйств Бордо как Петрюс, которые придерживались классических объёмов. Придирались и к размерам этикеток, не соответствовавших фирменным стандартам. Везучесть Роденштока в поиске кладов тоже казалась неестественной. Ему всегда удавалось разыскать редкие, никому не известные, но сохранившиеся в идеальном состоянии вина.

В 1988 году Роденшток продал за полмиллиона долларов четыре бутылки «Branne-Mouton» (1784 и 1787) и «Lafitte» (1784 и 1787) частному американскому коллекционеру Вильяму Коку. Тщеславный по своей природе миллионер хотел выставить приобретения в Бостонском музее Изобразительного искусства, но эксперты поставили подлинность этих бутылок под сомнение. Кок был задет за живое. Для расследования была приглашена армия агентов ФБР, криминалистов и адвокатов.

Параллельно с расследованием Кока другие сыщики пытались разоблачить чересчур удачливого обладателя раритетных коллекций. Одну из бутылок джефферсоновской коллекции Шато Лафит 1787 года подвергли длительному анализу на предмет определения возраста, и через 8 месяцев подтвердился вывод, что хотя осадок вина и имел возраст 220 лет (±92 года), но само вино оказалось гораздо моложе и принадлежало временному отрезку 1962-65 годов. Кок привлекал всё новых и новых экспертов, чтобы вывести Роденштока на чистую воду. Определение возраста методом радиоактивных изотопов не внесло ясности, но специалисты по проведению экспертизы гравировки в лаборатории ФБР выяснили, что надписи на стеклянных боках бутылок нанесены с помощью современных технологий.

В это же время раскрылось истинное имя Харди Роденштока, а личность Мейнхарда Гёрке уже не вызывала той симпатии, которую приобрёл Харди благодаря своей щедрости и таланту шоумена.

Дело «Кок против Роденштока», начавшееся в суде 30 августа 2006 года, до сих пор не закрыто. Кок эмоционально обвиняет «очаровательного и жизнерадостного мошенника-виртуоза», а Роденшток его игнорирует, считая, что срок давности иска давно истёк. К тому же, собственное расследование Роденштока, для которого были приглашены эксперты Технической Высшей школы в Цюрихе, подтвердило его правоту: он получил официальное заключение, что и возраст вина, и возраст пробки соответствуют указанному на этикетке.

Глава 7. Бродбент против Уоллеса

Непоколебимая до этого репутация Бродбента, ставшего жертвой то ли гипнотической силы обаяния Роденштока, то ли собственной жадности, тоже пошатнулась. Для многих людей гарантией подлинности вина было как раз-таки мнение Бродбента, дегустировавшего это вино. Они верили авторитету Бродбента безоговорочно и легко могли принять его слова за основу своего восприятия.

Майкл Бродбент выиграл суд против издательства Random House, которое опубликовало книгу Бенжамина Уоллеса «Уксус для миллионеров». В этой книге автор поставил под сомнение тот факт, что великие вина стоят бешеных денег. Он обвинил Майкла Бродбента в том, что тот вводил в заблуждение простодушных богатеев, не разбиравшихся в вине.

Доброе мнение, подорванное книгой, было восстановлено, и снова в воздухе повис безмолвный вопрос, на который даже сам Майкл Бродбент не знал ответа: вина коллекции Джефферсона были настоящими или это была лишь искусная подделка? 

Начавшаяся 200 лет назад история похожа на детектив, в котором на карту поставлены грандиозные махинации и честолюбивые амбиции. Здесь репутациям экспертов нельзя верить, блеск всеобщего обожания вдруг оборачивается конфузом, а честь и достоинство защищаются шелестом денег…

Но в то время, пока полицейские Скотланд-Ярда сбиваются с ног, вино продолжает матово мерцать за пыльным стеклом бутылки, так и не собираясь раскрывать своей главной тайны.